Горячие будни Вербье

[1]

О каждом из концертов, проходящих в эти дни в Вербье, можно писать отдельную статью, но увы, суток не хватает, как и не хватает научного прогресса для того, чтобы раздвоиться и оказаться сразу в двух местах, на двух одинакого интересных выступлениях. Конечно, организаторы Фестиваля понимает созданную ими самими проблему, поэтому идут на некоторые хитрости.

Так, вечерняя программа начинается концертом на главной фестивальной прощадке, Salle des Combines, в 19 часов, следующий – в Церкви, в 20 часов. То есть, в принципе, можно послушать первое отделение первого концерта, успеть на второй, а потом еще, напрягшись, на третий, в 22 часа, хоть на начало, чтобы потом забежать в Церковь к 23 часам, когда на сцене музицируют участники молодежного Фестивального оркестра.

Вам кажется это безумием? Поверьте, многие так и поступают, и это – только вечерняя программа. А ведь с 9.30 утра начинаются мастер-классы, которые для многих даже интереснее концертов. В 11 и 14.30 –  камерные программы в Церкви, в 16.30 – бесплатный концерт участников музыкальной Академии. Так что меломанам здесь нужно иметь не только чуткие уши, но и удобную обувь, так как, несмотря на прекрасно организованную систему фестивального транспорта, бегать по горам приходится немало. Но есть, ради чего!

Вчера, например, прославленный скрипач Гидон Кремер вместе с созданным и бессменно руководимым им камерным оркестром Kremerata Baltica представил совершенно новое, датированное этим годом произведение. Оно называется «Мост к Баху» и представляет собой цикл транскрипций пьес Баха, сделанных четырьмя живущими и здравствующими композиторами – «нашими» Гией Канчали, Александром Раскатовым и рижанином, как и сам Кремер, Георгсом Пелесисом, закончившим Московскую консерваторию по классу Арама Хачатуряна, а также живущим в Париже венгром Стефаном Комаксом Тикмайером. Произведение посвящено выдающемуся пианисту Гленну Гулду, непревзойденному исполнителю музыки Баха.

А во втором отделении прозвучал Второй фортепианный концерт Шопена (солистка Хатия Буниашвили) и три блестящих пьесы для фортепианно и струнных аргентинского композитора Астора Пьяццоллы.

Гидона Кремера можно будет вновь услышать сегодня – в сопровождении Фестивального оркестра под управлением  английского дирижера Даниэля Хардинга (заменившего объявленного Семена Бычкова) он исполнит Концерт Шумана ре минор.

История этого единственного скрипичного концерта Шумана заслуживает краткого рассказа. Благодаря сделанной тогда уже очень больным композитором записи в дневнике мы знаем, что работа над партитурой была завершена 3 октября 1853 года. А уже 13 октября Шуман отправил ее своему другу-скрипачу Йосефу Йоахиму, которому концерт и был посвящен, с просьбой стать его первым исполнителем. 

Получив партитуру и поразившись многочисленным странностям этого произведения, Йоахим отнес их на счет помутнения рассудка своего великого друга, расстроился, но Концерт решил не играть. 27 февраля 1854 года Шуман сделал попытку утопиться, но был спасен находившимися поблизости рыбаками.

После смерти Йоахима его сын передал партитуру Концерта в Берлинскую государственную библиотеку с требованием не исполнять его до столетней годовщины со дня смерти Шумана, то есть, до 1956 года. Однако в 1937 году она попала в руки Иегуди Менухина, который сразу пожелал исполнить Концерт. Тут в дело вмешалось германское правительство, предъявив права на партитуру. Не кто иной как лично министр пропаганды д-р Геббельс высказал пожелание, чтобы премьера концерта состоялась в Берлине, на фестивале нацистской музыки, без маэстро Менухина, как известно, еврея: "Мы против того, чтобы концерт Шумана исполнялся кем-либо, кто не является членом нацистской партии. Остальное – ваше дело. Хайль Гитлер!"

В итоге первое публичное исполнение "потерянного" концерта Шумана состоялось в Берлинской Опере 26 ноября 1937 года. Солистом был профессор Георг Куленкампф, немного переработавший музыку, вместе с Полем Хиндемитом. Судя по отзывам прессы, профессор исполнил концерт точно и вдохновенно, чем заслужил долгие овации. Тем не менее, Менухин в том же 1937 году тоже исполнил этот многострадальный концерт, а 16 февраля 1938 года уже Джелла д'Арани в сопровoждении симфонического оркестра ВВС исполнила концерт Шумана для всего свободного мира из лондонской студии Би-Би-Си.

Можно не сомневаться, что трагическая судьба этого произведения найдет должное отражение сегодня вечером в игре Гидона Кремера.

Прослушав Шумана, часть публики наверняка с неохотой покинет зал (ведь во втором отделении Вторая симфония Брамса!) и, по описанной выше схеме, отправиться в Церковь. Там во втором отделении концерта будет исполняться Симфония № 15 Дмитрия Шостаковича в переложении для фортепиано, скрипки, виолончели и трех ударных. Солисты – американский пианист Николас Ангелич, российский скрипач Илья Грингольц, (послушав выступление которого находящийся в Вербье женевский адвокат Тихон Троянов сказал, что «невозможно вместить столько красоты»), шведский виолончелист Франц Хельмерсон, еще успевший воспользоваться советами Мстислава Ростроповича, и коренной киевлянин, единственный в Украине обладатель Грэмми Андрей Пушкарев (с 2001 года), вот уже десять лет работающей в оркестре Гидона Кремера Kremerata Baltica.  

Как ни странно, между Концертом Шумана и Пятнадцатой симфонией Шостаковича есть грустное общее – овевающий оба произведения образ смерти. Концерт стал последним прозведением Шумана, написанным незадолго до трагической кончины, а Пятнадцатая – последней симфонией Шостаковича.

Специалисты называют это произведение, написанное для обычного оркестра и впервые исполненное в 1971 году под управлением сына Дмитрия Шостаковича Максима, «творением в стиле постмодерн» и отмечают обильное использование цитат и квазицитат как и из более ранних произведений самого Шостаковича, так и из работ других композиторов, в основном, Россини и Вагнера.

По мнению музыковедов, Пятнадцатая симфония – очень личное произведение, и кажущаяся легкость не отменяет реального, поистине смертельного, драматизма.
После завершения работы над Симфонией Д.Д. Шостакович прожил еще четыре года, однако именно это его произведение считается прощальным...

Все наши репортажи с Фестиваля в Вербье читайте в нашем тематическом досье [2].